Вадим Штепа
АПН Северо-Запад
Почему Заонежье не Калевала?
В конце марта в актовом зале одной из петрозаводских школ состоялся необычный экзамен. Сдавали его не школьники, гулявшие в это время на весенних каникулах, но солидные дяди из Законодательного собрания Карелии и республиканских министерств. Называлось это мероприятие Общественными слушаниями по проблеме Заонежья, и организаторами его выступили заинтересованные общественные организации республики - «Русский Север», «Заонежье» и карельское отделение Всероссийского общества охраны природы.
Прежде всего, приятно удивило то обстоятельство, что республиканские чиновники не только не чинили никаких препятствий этой общественной инициативе, но и добровольно явились выразить свою позицию. Это само по себе уже выглядит разительным контрастом с расхожим поведением «властной вертикали», которая предпочитает в лучшем случае «не замечать» требования общественности. Впрочем, на этих слушаниях со стороны власти не прозвучало никаких новых аргументов и предложений...
Вообще, само это мероприятие явилось как бы продолжением других, более официальных слушаний по Заонежью, которые состоялись в Карельском республиканском парламенте еще прошлым летом. Представители упомянутых общественных организаций решили выяснить, выполняются ли принятые тогда рекомендации - или они, как часто бывает, так и остались благими пожеланиями?
В чем же состоит эта острая «проблема Заонежья», вокруг которой в Карелии уже годами кипят не по-северному жаркие дебаты? Если совсем вкратце - речь идет о модели развития этого заповедного края, станет ли он очередным сырьевым придатком горной индустрии или откроет свое постиндустриальное, культурно-туристическое будущее?
На первом варианте настаивают представители горнодобывающих, преимущественно московских предприятий («ТЭВА-Шунгит» и др.), дежурно раздавая обещания организовать производство с максимальным учетом экологических требований. Однако местные жители и общественные организации уже не слишком верят подобным обещаниям, указывая на огромные терриконы шунгита, выросшие с тех пор, как началась его разработка, и на существенный рост заболеваемости местного населения.
Заонежские недра богаты не только шунгитом, но и селено-урано-ванадиевыми рудами, разработка которых также значится в планах столичных «девелоперов», вызывая у самих заонежцев резонные опасения насчет радиационного загрязнения этих мест. Но пока главным камнем преткновения оказывается шунгит. Это редкий углеродный минерал, открытый пока только в Карелии, использующийся в металлургии, строительстве и фармацевтике. Впрочем, свойства его весьма загадочны и до сих пор вызывают споры ученых. Кто-то наделяет его магически-целебными качествами - но большинство местных жителей, наблюдая оседающую на свои дома черную пыль, совсем не в восторге от такой «магии»...
Тревожит заонежцев и массовая скупка сырьевыми предприятиями, а также состоятельными столичными дачниками внушительных земельных наделов, которая производится без учета мнения местного населения. По образному выражению одного из участников слушаний, Заонежье рискует превратиться в «Дальнее Подмосковье».
Наиболее остро высказался председатель Карельской региональной общественной организации «Русский Север», уроженец Заонежья Вячеслав Агапитов: «Мы являемся очевидцами цивилизационного слома. Легендарный край с уникальной природой, сохранивший русский эпос и памятники архитектуры мирового значения, свободолюбивые традиции Великого Новгорода и самобытную крестьянскую культуру, отдан на поругание и уничтожение».
И действительно - еще век назад Заонежье было самой густонаселенной территорией Карелии - а к сегодняшнему дню в редких поселках и деревнях здесь проживает лишь 6 тысяч человек. Осознания культурной значимости этой территории у властей, по всей видимости, нет. Из всемирно известных заонежских памятников сегодня худо-бедно поддерживаются только Кижи - а вся остальная территория этого исторического полуострова фактически заброшена...
Попытку разрешить спор между общественными организациями и промышленниками предпринял профессор Петрозаводского университета Сергей Карашуров, предложив стратегический синтез. По его мнению, Заонежье должно стать в первую очередь национальным природно-культурным парком, но вместе с тем напрочь отказываться от разработки его богатейших недр также было бы недальновидно. Однако вместо «валовой» добычи и вывоза сырья Карашуров предлагает создать здесь и иной парк - технопарк, ориентированный на максимальное изучение шунгита и его высокотехнологичную переработку. Причем как минимум половина акций этого предприятия должна принадлежать местному населению.
Однако есть очень большие сомнения в том, что республиканские власти возьмутся за реализацию этого перспективного и действительно инновационного проекта. Ведь для этого нужны первоначальные инвестиции, и немалые - а они привычно ориентируются на «быструю прибыль» от вывоза сырья, и кроме того, в последнее время у них принято громко жаловаться на «кризис»...
Судьбой Заонежья обеспокоена и международная общественность. Еще несколько лет назад голландская экологическая организация Milieukontakt Oost-Europa в сотрудничестве с карельскими учеными разработала программу социально-экономического развития Заонежья, с опорой именно на его природную уникальность. Голландцы предлагали развивать здесь альтернативную энергетику и экологический туризм. Но карельским правительством эта программа так и не была рассмотрена... Похоже, в их «вертикальном» сознании просто отсутствуют такие категории, как специфика различных территорий, - все рассматривается по единому стандарту. Тогда как актуальной стратегией пространственного развития в современной Европе является, наоборот, максимальное раскрытие природно-культурного своеобразия регионов.
И здесь было бы полезно провести параллель с «другой» - финской Карелией. К примеру, в регионе Йоэнсуу как-то умудряются непротиворечиво сочетать бережное отношение к культурному наследию, подчеркнутую заботу об экологии и вполне современную индустрию.
Быть может, главная причина столь разного отношения к своим регионам состоит в том, что финны воспринимают Калевалу фундаментом своей национальной культуры. Тогда как в России таким «фундаментом» изображаются кремлевские башни, а все региональное многообразие русской культуры считается какой-то «провинциальной экзотикой». Финляндия охотно поддерживает «калевальские» культурные изыскания в современной Республике Карелия - а вот московским «борцам за русскость» Заонежье практически неизвестно. (Зато хорошо известно их бизнесменам - но отнюдь не с «культурной точки зрения»...)
Хотя именно Заонежье является таким же кладезем древнерусского эпоса, как и карельские земли для Калевалы. В то же самое время, когда Элиас Лённрот собирал руны, другие исследователи - Петр Рыбников и Александр Гильфердинг - записывали по заонежским деревням былины и сказы, считающиеся теперь основой севернорусской мифологической традиции. Вообще, работы российских и зарубежных лингвистов и этнографов доказывают тот факт, что в Заонежье еще с новгородских вечевых времен проживает уникальная этнолокальная группа северных русских. Именно благодаря ей мы сегодня знаем былины новгородского цикла: о Садко и Морском царе, богатыре Илье Муромце и Соловье-разбойнике. В самом Великом Новгороде - после разрушения его республики московскими царями и депортации коренных жителей - эта традиция, к сожалению, не сохранилась...
А в Заонежье пока еще сохраняются сакральные координаты: «языческий остров» Радколье и деревянные часовни, священные рощи, камни и родники... Обретут ли они новое историческое дыхание - или эта древняя земля превратится лишь в индустриальное сырье? А быть может, потаенная мифология этих мест просто дожидается своего часа - как та же Калевала, забытая в имперские времена, но затем ставшая культурной основой новой страны?
Вы - отгул глухой, гремучей,
Обессилевшей волны,
Мы - предутренние тучи,
Зори росные весны...
Николай Клюев «Песни из Заонежья»Merimies merta rakastaa
MUUMI в Карелии.Merimies merta rakastaaMerimies merta rakastaa
Сегодня, 28 февраля финно-угорские народы почитают как День карело-финского эпоса "Калевала". Руны собрал воедино Элиас Леннроот, а значительную часть рун рассказал собирателю известный карельский рунопевец Архиппа Перттунен из деревни Латваярви.Merimies merta rakastaahttp://free-karelia.livejournal.com/22743.html
Сортавала- столица Северного Приладожья.Merimies merta rakastaa
Наталья Рузанова
Финляндский Торговый Путь
Станет ли Карелия «Силиконовой долиной»?
Компания «РИА-Аналитика» в октябре опубликовала рейтинг российских регионов по доле пользователей сети Интернет. Его лидером предсказуемо стала Москва, где регулярно или периодически Интернетом пользуются более 72 процентов населения. Второе место заняла Республика Карелия с показателем 59,2%. Карелии удалось обогнать в рейтинге даже Санкт-Петербург, который замкнул тройку лидеров с результатом в 58,8%. В среднем по России доля пользователей Интернета составляет немногим более 37%.
Эксперты считают столь высокий результат Карелии результатом проводящейся в регионе активной политики по внедрению информационных технологий.
Мы попросили прокомментировать эту ситуацию Наталью Рузанову - директора Карельского регионального центра новых информационных технологий, которая в свое время выступила инициатором подключения республики к глобальной сети.
- Наталья Сократовна, всех наблюдателей, конечно, интересует вопрос: как Республике Карелия, которая, скромно говоря, является далеко не лидером в российской экономике, удалось занять второе место по распространению Интернета?
- Экономическое лидерство - вещь относительная. Конечно, в Карелии нет сибирской нефти, уральских индустриальных гигантов или такого количества банков, как в Москве. Но наша республика уже не первый год стабильно входит в десятку наиболее информатизированных регионов по рейтингам Института развития информационного общества. Мы, конечно, понимаем, что есть определенный разрыв в возможностях доступа к Интернету между столичным Петрозаводском и отдаленными районами, но сейчас интенсивно работаем над его преодолением. Сегодня жители каждого района имеют возможность подключиться к сети.
- Расскажите, пожалуйста, об истории становления Интернета в Карелии.
- Напомню, что Карелия раньше всех остальных российских регионов стала заниматься компьютерными, а затем информационными технологиями. Первая электронно-вычислительная машина в Петрозаводском университете появилась еще в 1961 году, то есть 50 лет назад. Тогда посмотреть на это чудо приезжали не только из районов республики, но и из российских столиц.
А спустя 30 лет, в 1991 году наш университетский центр стал одним из первых в России, где начали пользоваться электронной почтой. С 1992 года мы вели переговоры с министерством образования Финляндии о подключении к полноценному Интернету, и уже через год фактически стали «виртуальной частью» этой страны. Наши коллеги из различных финских университетов предоставили нам 256 IP-адресов и, благодаря им, мы таким образом вышли в мировую сеть.
Уже в 1994 году на базе ПетрГУ мы создали телекоммуникационный узел, став таким образом первым провайдером в республике, и подключили к Интернету Карельский научный центр, Национальную библиотеку, а также несколько школ, причем в разных районах. Этого не было тогда даже в Москве, и Карелия фактически шагала в ногу с европейскими регионами. И уже в 1995 году мы открыли сайт www.karelia.ru - один из первых в русскоязычном интернет-пространстве.
- Словом, помимо Вашей активности и наличия мощной университетской базы, большую роль в развитии карельского Интернета сыграло соседство с Финляндией?
- Разумеется. Финляндия является одной из ведущих стран мира по информатизации. Мы рады, что давно уже установили и поддерживаем связи с финскими университетами, у нас организуются совместные проекты, налажены образовательные и студенческие обмены. Они, конечно, очень сильно повлияли и продолжают влиять на становление в Карелии современного сознания, открытого к модернизации и новым технологиям.
Забавно сравнивать ситуацию лет 10-15 назад и сейчас. Если тогда, спрашивая студентов в аудитории: у кого есть компьютер? - я видела лишь несколько рук, то теперь на вопрос: у кого нет компьютера? - не вижу ни одной! Но главное - мы пытаемся учить нашу молодежь не просто новым знаниям и технологиям, но и включать ее в решение практических задач республики. Поэтому, полагаю, потенциал инновационного развития у Карелии очень большой.
- Есть известная беда: много молодых людей уезжает из республики. Видимо, сегодня их потенциал не слишком востребован?
- Согласна, эта проблема есть: все-таки мы учим студентов на основе современных стратегий, а реальная экономика Карелии за ними не всегда поспевает. Но многие наши выпускники, уехавшие из республики, все равно стремятся поддерживать с нами связи, постоянно идет пополнение и новыми поколениями. И меня очень радует стремление нынешних студентов к самостоятельному творческому решению задач. Просто скачать из Интернета какой-нибудь реферат - это уже становится немодным.
Но я все же уверена, что у Карелии большие перспективы в сфере развития информационных технологий - именно благодаря нашей республиканской специфике.В каком-то смысле, мы фактически идем по пути многих европейских регионов, где креативные люди, которые пишут новые программы и стратегии, предпочитают жить не в крупных городах, а на природе, в экологически чистых местах. Зачем толкаться в офисах, дышать выхлопными газами и стоять в многочасовых пробках, если сеть информационных коммуникаций существует повсюду? Так что у нас сейчас главная проблема - чтобы власть была заинтересована в развитии загородного жилого строительства, подключенного ко всем современным коммуникациям. Это позволило бы заинтересовать нашу молодежь оставаться в республике и применять свои знания на ее благо. Но это наверное уже вопрос к нашим политикам...
- Если пофантазировать, учитывая высокое развитие информационных технологий в республике по сравнению с другими российскими регионами и наличие в университете собственного IT-парка, - возможно ли в перспективе превращение Карелии в своеобразный аналог «Силиконовой долины», центр технологических инноваций?
- В России таким аналогом называют проект Сколково, и Карелия пока не может с ним конкурировать. Все-таки там совершенно иной уровень финансирования, да и близость к Москве играет свою роль...
- Но американская Силиконовая долина тоже ведь возникла не в столице, а совсем на другом конце страны - в Калифорнии...
- Это интересное замечание! Действительно, для развития информационных технологий нет нужды в чрезмерной централизации. В той же Финляндии одним из ведущих IT-центров - со своим технополисом - является относительно небольшой город Оулу. Я полагаю, что проект российской «Силиконовой долины» также не может остановиться на одном Сколково, потому что модернизация требуется везде. И на таких небольших территориях, как Карелия, развитие новых технологий будет наглядным и эффективным.Последний раз редактировалось Vitalis Merta; 05.03.2012 в 22:42.
Merimies merta rakastaa
Всех участниц карельской странички поздравляем с Праздником Весны. Скоро природа украсит нашу землю прекрасными и свежими цветами.Merimies merta rakastaaПишет Вадим Штепа. Житель Петрозаводска.
Есть ли озеро в Петромагазинске?
На днях стало известно о предложении мэра Петрозаводска Николая Левина переименовать Онежскую набережную в честь Петра Первого. Вопрос уже стали обсуждать историки, и в апреле его планируют вынести на рассмотрение комиссии по культурно-историческому наследию города.
фото uusikotimaa.org
Нам неизвестны мудрые советники, озарившие мэра этой идеей, но они явно обитают в каких-то других эпохах, когда о современном городском брендинге ничего не ведали.
Начнем с того, что наш город и поныне носит имя Петра. Хотя некоторые дотошные исследователи раскапывают средневековые карты Меркатора и Ортелиуса, где на месте Петрозаводска значится таинственный Onegaborg – но все это пока проходит по части арт-мифологии. Петрозаводск остается Петрозаводском – несмотря на то, что основанного Петром завода давно уж нет. И герб с ядрами никак не отражает современную жизнь карельской столицы. А теперь нам предлагают еще раз «увековечить прошлое» – вместо поисков привлекательного образа будущего.
Давайте взглянем на ситуацию с точки зрения туриста – поскольку Карелия все еще является одним из самых туристически посещаемых регионов. Куда поедет предполагаемый путешественник, заинтересованный именем и эпохой Петра? Можно не сомневаться, что первым делом – в Санкт-Петербург, поскольку именно этот город является главным историческим и культурным наследием царя-реформатора. Вряд ли он начнет открывать для себя эту эпоху с Петрозаводска, который в те годы рассматривался лишь в качестве чисто служебной, заводской «слободы». Надо честно признать – «бренд Петра» с потрохами «съеден» Петербургом, и попытка его отвоевать будет выглядеть столь же нелепой, как гигантский церетелиевский памятник посреди Москвы.
Хотя однажды в беседе с автором этих строк Борис Гребенщиков посетовал: лучше бы Петр основал российскую столицу не на невских болотах, а на онежских скалах, – но, увы, время уже ушло…
Сегодня многие города, желающие войти в разряд креативных, увлеченно и настойчиво ищут свои уникальные бренды, способные привлечь к ним туристов и инвесторов. Чаще всего ими становятся те или иные природные объекты – и здесь выглядит просто удивительным, что Петрозаводск, расположенный на одном из крупнейших мировых озер, задействует эту свою специфику крайне минимально. Из более-менее известных мероприятий есть лишь одна «Онежская регата», но и под нее инфраструктура отсутствует. А ведь сколько еще можно придумать оригинальных проектов, способных создать карельской столице действительный бренд столицы озерного края! Водные арт-фестивали, спортивный экстрим на необитаемых островах, интенсивное развитие малого флота, мировые научные конференции по лимнологии (науке об озерах)…
Вместо этого мы наблюдаем нечто донельзя странное – единственное название улицы в центре города, посвященное имени озера, самой его набережной, готовятся поменять. И без того уже сегодня многие туристы не знают, на каком озере расположен Петрозаводск, но после этого наверняка будут сомневаться – на озере ли вообще?
Впрочем, если уж власти на этом проекте так настаивают, есть предложение осуществить модную ныне «рокировку». В конце концов, наша набережная со множеством необычных скульптур, созданных мастерами разных стран, действительно чем-то соответствует характеру космополита Петра. А название озера давайте перенесем на ведущий как раз к нему главный городской проспект. Эпоха всеобщего поклонения большевистскому вождю, к счастью, давно уже миновала. Его имя осталось на главных улицах лишь тех городов, которые смирились со своим статусом одинаковой обезличенной провинции. А Онежский проспект подчеркнет своеобразие карельской столицы, и это имя станет столь же естественным, как для петербуржцев Невский.
Конечно, нам сразу же заявят о безумной дороговизне такого переименования. Но вот удивительно – на строительство гигантских торговых центров на этом проспекте деньги почему-то находятся. Хотя европейские города, напротив, стремятся первым делом показать свою историческую и природную уникальность, а одинаковые повсюду гипермаркеты выносят в пригороды. Но мы, похоже, вновь идем особым путем – город сплошных магазинов на улицах с именами деятелей, которые никогда здесь не были. И при чем тут какое-то озеро?
Вадим Штепа
среда, 7 сентября 2016 г.
Карелия российская и Карелия финляндская. Край голубых озер. ЧАСТЬ 44
Подписаться на:
Комментарии к сообщению (Atom)
Комментариев нет:
Отправить комментарий